Эксклюзив
03 февраля 2014
5420

Александр Арутюнов: К вопросу о причинной связи в уголовном праве

Статья посвящена до сих пор актуальной проблеме причинной связи в уголовном праве. Исследуются общефилософское и уголовно-правовое понятия причинной связи. Анализируются сложившиеся позиции о причинной связи в бездействии. Обосновывается точка зрения об отсутствии причинной связи между бездействием и наступившим последствием. Предпринята попытка "развенчания" информационной причинности.

Ключевые слова: причинная связь; бездействие; причинная связь при без-действии; информационная причинность.

Проблематика уголовно-правовой причинности, как писал, к сожалению, недавно ушедший из жизни А.Э. Жалинский, на первый взгляд, исчерпывающе исследована в уголовно-правовой литературе..., вместе с тем, уголовно-правовая доктрина не может ответить на многие теоретические и практические вопросы [10: c. 19].
И действительно, если Н.С. Таганцев в конце ХIХ века отмечал, что "вся-кое материальное последствие, будет ли то опасность вреда или действительный вред, предполагает для вменения его учинившему, что оно было им вызвано, наличность причинной связи" [35: c. 501], то, напротив, С.П. Мокринский, рассматривая вопрос применительно к соучастию, писал: "Действие соучастника может не стоять в причинной связи с инкриминируемым изменением (судя по всему, речь идет о "материальных" составах. - А.А.), последнее - составлять результат единственно деятельности исполнителя, а тем не менее соучастник - подлежать ответственности" [23: c. 540].
Во второй половине ХХ века в немецкой юридической литературе была предпринята попытка подвергнуть сомнению причинность (каузальность) действия со следующим обоснованием. В основе "естественного" или "каузального" учения о действии лежит положение о том, что телесное движение, возникнув как результат воли, делается причиной изменения во внешнем ми-ре.
Главным недостатком "естественного" учения о действии представители "финальной теории" считают то, что оно сущность действия усматривает лишь в его каузальном характере по отношению к последствиям. Напротив, сторонники "финальной теории" считают основным моментом действия не его каузальный характер, а его субъективный характер, его целенаправленность [43: c. 29, 32].
Человеческое действие является выполнением целевой деятельности. Действие является поэтому "финальным", а не только каузальным явлением [32: c. 11].
Не согласиться с этим нельзя, однако очевидно, что действие следует рассматривать одновременно как целевое и каузальное явление. Сама по себе целенаправленность действий без оценки их причинной связи с преступными последствиями не позволяет обосновать уголовную ответственность лица.
Последствие, как элемент состава, указывал профессор А.Н. Трайнин, не может существовать в отрыве от субъекта преступления и его действия; на-против, оно должно быть неразрывно связано с субъектом, при том связано
вдвойне: субъективной связью - виновностью, объективной связью - при-чинностью. Как немыслим состав преступления при отсутствии виновной
связи, так немыслим состав при отсутствии причинной связи. В первом случае возникает положение объективного вменения, во втором случае - вменение непричинного последствия [41: c. 90].
Следовательно, наступивший преступный результат имеет уголовно- правовое значение только тогда, когда между ним и преступным поведением существует причинная связь.
Профессор А.Э. Жалинский писал, что уголовно-правовая причинность представляет собой специфический, сложный социально-правовой феномен, и уголовно-правовая наука должна разработать свое учение об этом феномене, отличное по многим, хотя и не по всем, параметрам от философского и т.п. учений. Ошибочным, указывал уважаемый автор, является подход, отрицающий уголовно-правовую природу причинных связей в структуре преступления и преувеличивающий значение философских аргументов при их исследовании [10: c. 19]. Это, безусловно, весьма значимые соображения.
В связи с этим эвристическую ценность представляет исследование понятий, используемых юриспруденцией, проведенное Н.Н. Тарасовым, который предложил разделить их на 3 группы:
- органические понятия - это юридические понятия, которые, "составляя яд-ро предметной области науки, принадлежат ей и генетически, и исторически, возникают в рамках юридической деятельности на собственных правовых основаниях";
- консолидированные понятия - это юридические понятия, "возникающие в других областях знания... и включающиеся в юридический оборот не механически, а претерпевая серьезные изменения... и приобретающие новое (юридическое) содержание";
- ассоциированные понятия - это "понятия других наук и областей знания, вовлекаемые в "понятийный оборот" для получения представлений о явлениях, имеющих практическое юридическое значение" [37: c. 165-166].
Далее, Н.Н. Тарасов предлагает использовать в единстве три подхода к рассмотрению и изучению права: философский, научный и догматический [37: c. 122].
Применение в совокупности указанных подходов, по мнению А.Ю. Коше-левой, позволяет наиболее глубоко изучать право; в частности, выяснение существа причинной связи в уголовном праве не может быть ограничено лишь философским подходом или лишь правовым (научным и догматическим) подходом. Следовательно, полагает автор, разрешение вопроса о существе причинной связи в уголовном праве претендует на то, чтобы ответы на него были в равной мере обоснованы двумя науками: философией и уголовным правом [15: c. 16-17]. Попробуем воспользоваться изложенной методологией для разрешения отдельных вопросов обозначенной темы.
Современный детерминизм включает в понятие причинности генетичность, закономерность и необходимость. Основным моментом причинности является "генетическая связь между тем, что существует и тем, что возникает" [28: c. 53]. Генетичность означает, что из ничего ничто не родится и отнюдь не в ничто превращаются вещи [19: c. 21], поэтому одно явление следует в результате воздействия другого. В. Виндельбанд называет это основным законом причинности: "все эмпирически действительное имеет свою причину, за которой оно по известному правилу следует во времени" [7: c. 17]. Причинная связь есть такая связь между явлениями, при которой определенное событие возникает благодаря созидающей деятельности предшествующего события, являющегося активным началом [43: c. 167-168]. Активность причины обычно выражается глаголами "производить", "вызывать", "порождать", "изменять", "действовать" и т.д. [29: c. 30].
Однако в теории русского уголовного права Н.С. Таганцев полагал, что ... "ответственность за невмешательство ... должна иметь основанием причинное отношение невмешательства к возникшему преступному посягательству, к созданию опасности или вреда для правоохраняемого интереса" [36: c. 651]. С.В. Познышев прямо указывал, что "бездействие может быть причиной ...>> [27: c. 343]. По мнению Н.Д. Сергеевского, "преступное бездействие есть, по содержанию своему, такая же причиняющая деятельность, как и со-деяние" [30: c. 321]. В свою очередь, Э.Я. Немировский отрицал причинную связь при бездействии. Если бездействие есть ничто, то ничего произвести оно не может, следовательно, не может быть причиной [25: c. 111].
Похоже, это позволяет не согласиться с выводом В.Н. Кудрявцева, что "пассивное состояние одного явления может (при определенных условиях) рассматриваться как причина пассивного состояния другого (т.е. не наступление изменений в другом явлении)" [17: c. 96-98] и признать правоту В.Б. Малинина, что "пассивная" причина - не причина, так как она не порождает вредных изменений внешнего мира [22: c. 35].
В современной литературе А.А. Тер-Акопов полагал, что основой причин-ной связи при бездействии является не перенос материи, энергии и информации, а более фундаментальное свойство причинности в социальных отношениях - системное изменение. По мнению автора, современное юридическое мышление должно выходить за рамки узкой, механистической причинности; необходимо видеть даже невидимую связь, существующую между поведением конкретных лиц и наступившим общественно опасным последствием [38: c. 250, 6]. Нам же кажется, что при таком подходе причинность просто под-меняется детерминацией, что, конечно, не может быть признано правильным.
Наконец, А.Ю. Кошелева считает, что пассивная причина, то есть кажущееся на первый взгляд активных событий, имеет равную причиняющую способность. По ее мнению, основным признаком причины здесь является не активность либо пассивность, а действенность (в смысле эффективность) и внешний - по отношению к объекту воздействия - характер [15: c. 21].
Похоже, что с предложенным обоснованием причинной связи при бездействии согласиться нельзя. Бездействие заключается в несовершении определенного, требуемого уголовным правом действия, которое конкретное лицо было обязано и имело реальную возможность совершить, прервав тем самым течение причинной связи [2: c. 109].
Далее, согласно принципу закономерности, ничто не происходит незакономерным, произвольным образом [20: c. 17]. В.Б. Малинин сформулировал в этой связи "золотой закон причинности", согласно которому "одна и та же причина или же совершенно одинаковая сумма всех условий, составляющих причину, всегда дает одно и то же следствие" [21: c. 51].
Причинность никогда не реализуется в "чистом" виде, освобожденном от присутствия других форм связи, и только в абстракции может быть отделена от них [6: c. 603].
И в этом случае "связь причины и следствия при фиксированных условиях носит необходимый характер" [33: c. 133]. Это означает не простое неизменное чередование двух явлений, а неизбежное и непосредственное следование последствия за причиной. Связь причины и следствия является необходимой и непосредственной. С. Балашов верно по этому поводу указывает, что существование причинной связи между начальными действиями и конечным результатом означает наличие непрерывной цепи из звеньев ("результат" каждого предыдущего звена совпадает с "действием" следующего за ним звена), соединяющей начальные действия и конечный результат [3: c. 6]. Изложенное несовместимо со схемой "после этого - значит, по причине этого". В указанной схеме причинная связь смешивается с простой последовательностью во времени, когда предшествующее явление принимается за его причину [13: c. 28].
В свое время Спиноза высказал интересную мысль о том, что случайное имеет также конкретную причину и становится необходимым для другого причинного ряда [34: c. 101-104].
Да и гегелевское определение необходимости еще раз подчеркивает, что случайность не имеет внутренней причины в данном явлении [9: c. 67].
Конечно, и необходимое, и случайное последствия причинно обусловлены (раз уж они наступили!). Другое дело, что необходимое последствие закономерно и непосредственно вытекает из данного явления и внутренне присуще ему. Случайное же последствие наступает потому, что имеет место переплетение с другой цепью причинности.
Профессор М.Д. Шаргородский предложил "в объективной стороне состава различать причины, с необходимостью вызывающие данный результат, и причины, вызвавшие результат случайно" [45: c. 132].
В свою очередь, академик В.Н. Кудрявцев выдвинул положение, что "вся-кое виновное причинение вреда влечет ответственность независимо от того, является ли причинная связь между действиями лица и общественно-опасными последствиями необходимой или случайной" [16: c. 50].
По нашему мнению, это не совсем правильно. Необходимая причинная связь действительно должна включаться в объективную сторону состава преступления, но случайная причинная связь (тоже реальная, но для другой цепи причинности) не имеет к данному составу преступления никакого отношения. Мы и различаем необходимую и случайную причинную связь для того, чтобы включить необходимую причинную связь в состав преступления, а случайную причинную связь оставить за его рамками [14: c. 20].
Приведем два известных примера из практики. В 1996 году на переезде перегона М. Батай - Конармейская столкнулись тепловоз с автобусом, в результате чего погибли 22 человека. Было установлено, что машинист М. превысил скорость, а водитель автобуса С. выехал на занятый переезд. Ростовским областным судом водитель автобуса С. был осужден по ст. 264 ч. 3 УК РФ, а машинист Н. - по ст. 263 ч. 3 УК РФ. Верховный Суд Российской Федерации отменил приговор в отношении машиниста Н., а затем Ростовским областным судом машинист Н. был оправдан ввиду отсутствия необходимой причинной связи между его действиями и причинением преступного вреда. В другом примере, когда в результате взрыва газа в трубопроводе погибли сот-ни пассажиров проходящих мимо поездов, предлагалось привлечь к уголовной ответственности машинистов поездов, оказавшихся случайно в момент взрыва газа в опасном районе, признавая причиной смерти пассажиров лишь то, что один из машинистов превысил, а другой снизил скорость движения состава [3: c. 9], хотя сразу было понятно, что действия машинистов не имеют причинной связи с гибелью людей.
В современной социологии появилось понятие информационной причинности. "В причинных связях в обществе особо важную роль играет перенос информации от причины к следствию. Речь идет о причинности особого вида - информационной" [44: c. 24; 42: c. 64; 24: c. 200; 18: c. 92; 1: c. 483]. Заметим по этому поводу, что если информация переносится от причины к следствию, то, значит, не является ни причиной, ни следствием. Между тем в теории уголовного права понятие информационной причинности в настоящее время даже устоялось. Начало этому положил выступивший с теорией "информационной причинности" академик В.Н. Кудрявцев: "Изучение процессов управления, развитие кибернетики и философское обобщение новых физических открытий позволили сделать вывод, что взаимодействие причины и следствия теперь характеризуется не только как передача вещества и энергии, но и как передача информации от одного предмета к другому. Следовательно, помимо энергетической, существует информационная причинность" [17: c. 8; 38: c. 249, 305-315; 39: c. 88].
Для соучастия в преступлении, например, эта концепция, на первый взгляд, может показаться вполне подходящей, поэтому на ней следует остановиться. С позиций философии здесь, пожалуй, имеет место субъективный идеализм, представители которого (Беркли, Юм, Кант, Шпенглер) отрицали существование объективной причинности и придавали причинной связи субъективно-психологическое значение. Отсюда причина есть субъективное понятие, посредством которого связываются явления. Причинность - это форма интеллектуального опыта, психический процесс мыслеобразования [5; 48: c. 30-86; 47: c. 128; 12: c. 108-109]. Между тем причинность является объективной категорией (Декарт, Бэкон, Гоббс, Локк, Фейербах, Гегель). Следует признать, что причинность сама по себе существует как объективная категория, всегда обладает свойством объективной реальности и лишь может отражаться как логическая категория в голове человека. Интеллектуальная деятельность человека просто дает возможность доказать реальную объективную связь явлений. А.Э. Жалинский правильно, на наш взгляд, обращал внимание на то, что причинная связь непосредственному познанию не поддается, и ее предметная констатация и установление носят выводной характер [11: c. 379].
По мнению Г. В. Тимейко, к которому мы присоединяемся, нельзя согласиться с тем, что помимо энергетической существует информационная при-чинность, при которой отсутствует перенос энергии и вещества, а имеется лишь передача информации. Использование понятия "информационная при-чинность" для доказательства причинной связи между передачей информации и тем вредом, который был причинен другим лицом под влиянием полученной информации, включает в объективный процесс причинности психологические процессы, возникающие в сознании объекта информации, что противоречит объективному характеру причинности [40: c. 207-216; 22: c. 36].
В этой связи невозможно разделить господствующее в юридической литературе утверждение, что в причинной связи с совершением преступления находятся не сами заранее обещанные действия по приобретению или сбыту имущества, заведомо добытого преступным путем, а заранее данное обещание совершить такие действия [8: c. 221; 31: c. 182; 46: c. 465; 4: c. 173].
Человек, получивший какую-либо информацию, не становится бездумным и бездушным автоматом, действующим по системе заложенных в нем рычагов и механизмов. И вообще, в арсенале человека имеются такие факторы, как сознание и воля, позволяющие ему принять решение на основе правильной (вернее, пожалуй, собственной. - А.А.) оценки всей объективной реальности [20: c. 91].
Активный сторонник информационной причинности в уголовном праве (деяние характеризуется передачей информации, и именно информация имеет уголовно-правовое значение, причиняющую силу) А.А. Тер-Акопов признавал таковую в соучастии в преступлении за исключением физического пособничества. Организатор, подстрекатель, интеллектуальный пособник, указывал уважаемый ученый, участвуют в совершении преступления путем преимущественного воздействия информацией на сознание и волю исполнителя, побуждая его к совершению преступления, укрепляя в нем решимость со-вершить желаемое деяние, организуя и контролируя его действия и действия других участников преступления, помогая ему советами и рекомендациями. Отсюда и следовал вывод о том, что в механизме соучастия в преступлении действует информационно-психологическая причинность [38: c. 249, 313].
Нам представляется, что между действиями, например, организатора и исполнителя отсутствует даже объективная причинная связь и уж тем более информация не выступает в этих случаях в качестве причины. Использование информации само по себе не позволяет придавать последней значение при-чины. Сам А.А. Тер-Акопов, придавая информации причиняющую силу, как нам кажется, противоречил себе, правильно отмечая, что информация всегда имеет носителя, которым может быть и физическое деяние, и предмет. Но значение, указывал автор, имеет только информация, заключенная в деянии. Действительно, например, при фиктивном банкротстве (ст. 197 УК РФ) руководитель заведомо ложно объявляет (информирует) о своей несостоятельности. В результате кредиторы могут быть введены в заблуждение и не получить причитающиеся им платежи, государство может не получить причитающиеся налоги и понести крупный ущерб [38: c. 249]. Понятно, как нам кажется, что не ложная информация стала причиной наступившего крупного ущерба, а действия руководителя, использовавшего ложную информацию. Информация всегда имеет физическую сторону в виде некоего материально-го источника, который и представляет собой причиняющую силу.
Изложенное позволяет не согласиться и с выводом А.Ф. Парфенова, что информационная причинность может найти применение в составах, так или
иначе связанных с передачей информации, например, в составах преступлений в сфере компьютерной информации [26: c. 85-90].

Arutyunov Alexander

On the question of causation in criminal law

The article is devoted to the important problem of causality in criminal law. It explores general philosophical and criminal law concepts of causality. It analyzes the existing position of causality in inaction. It substantiates the view that there is no causal link between inaction and the consequences. It attempts to "debunk" information causality.

Keywords: causality, inaction, causality in inaction; information causality.

Пристатейный библиографический список

1. Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М., 2008.
2. Арутюнов А.А. Соучастие в преступлении. М., 2013.
3. Балашов С. Причинная связь: теоретические основы и судебная практика // Уголовное право. 2009. N 2.
4. Безбородов Д.А. Уголовно-правовое регулирование ответственности за со-вместное совершение преступления. СПб., 2007.
5. Беркли Д. Трактат о началах человеческого знания. СПб., 1905.
6. Большая советская энциклопедия. М., 1975.
7. Виндельбанд В. О свободе воли. М., 2000.
8. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2001.
9. Гегель. Философия религии. Т. 2. М., 1977.
10. Жалинский А.Э. О необходимости нового подхода к причинности в уго-ловном праве / 10 лет Уголовному кодексу и Уголовно-процессуальному ко-дексу Республики Казахстан: достижения и перспективы: Материалы между-народной практической конференции. Караганда, 2007.
11. Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. М., 2009.
12. Кант И. Пролегомены. М., 1934.
13. Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика. М., 1996.
14. Козаченко И.Я., Курченко В.Н., Злоченко Я.М. Проблемы причинной свя-зи в институтах Общей и Особенной частей отечественного уголовного пра-ва. СПб., 2003.
15. Кошелева А.Ю. Особенности причинной связи в составах преступлений, совершаемых путем бездействия. М., 2009.
16. Кудрявцев В.Н. К вопросу о причинной связи в уголовном праве // Совет-ское государство и право. 1950. N 1.
17. Кудрявцев В.Н. Причинность в криминологии. М., 1968.
18. Курушин В.Д., Минаев В.А. Компьютерные преступления и информаци-онная безопасность: Справочник. М., 1998.
19. Лукреций. О природе вещей. М., 1945.
20. Малинин В.Б. Философские, исторические и теоретические основы при-чинной связи в уголовном праве. СПб., 1999.
21. Малинин В.Б. Идеи М.Д. Шаргородского в современной концепции при-чинности // Уголовное право. 2004. N 3.
22. Малинин В. Теории причинной связи в концепции В.Н. Кудрявцева // Уголовное право. 2008. N 2.
23. Мокринский С.П. Наказание, его цели и предположения. Томск, 1905.
24. Нарский И.С. Неопозитивистские концепции причинности и наука // Со-временный детерминизм и наука. Новосибирск, 1995. Т. 1.
25. Немировский Э.Я. Советское уголовное право. Одесса, 1926.
26. Парфенов А.Ф. Общее учение об объективной стороне преступления: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2004.
27. Познышев С.В. Основные начала науки уголовного права. М., 1909.
28. Проблемы причинности в современной физике. М., 1960.
29. Свечников Г.А. Категория причинности в физике. М., 1961.
30. Сергеевский Н.Д. Русское уголовное право. Пг., 1904.
31. Скосарев В.В. Некоторые вопросы квалификации приобретения или сбы-та имущества, заведомо добытого преступным путем // Адъюнктура ВНИИ МВД России-30 лет - итоги и перспективы: Тезисы научно-практической конференции. М., 2000.
32. Слободкин Ю.М. Соучастие по уголовному праву ФРГ: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1972.
33. Современный детерминизм. Законы природы / Под ред. Г.А. Свечникова, Н.Д. Абрамова и др. М., 1993.
34. Спиноза Б. Избранные произведения. Т. 1. М., 1957.
35. Таганцев Н.С. Курс уголовного права. Т. 1. Вып. 2. М., 1878.
36. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 1. СПб., 1902.
37. Тарасов Н.Н. Методологические проблемы юридической науки. Екате-ринбург, 2001.
38. Тер-Акопов А.А. Преступление и проблемы нефизической причинности в уголовном праве. М., 2003.
39. Тимейко Г.В. Причинная связь и проблема ответственности при бездей-ствии // Вопросы уголовного права. М., 1966.
40. Тимейко Г.В. Проблемы общего учения об объективной стороне преступ-ления М., 1986.
41. Трайнин А.Н. Учение о составе преступления. М., 1946.
42. Украинцев Б.С. Самоуправляемые системы и причинность. М., 1972.
43. Церетели Т.В. Причинная связь в уголовном праве. М., 1963.
44. Чинакова Л.И. Социальный детерминизм. Проблема движущих сил раз-вития общества. М., 1985.
45. Шаргородский М.Д. Преступления против жизни и здоровья. М., 1948.
46. Шаргородский М.Д. Избранные труды. СПБ., 2004.
47. Шпенглер О. Закат Европы. СПб., 1928.
48. Юм Д. Исследование о человеческом уме. СПб., 1916.


1. Alekseev P.V., Panin A.V. Filosofija. M., 2008.
2. Arutjunov A.A. Souchastie v prestuplenii. M., 2013.
3. Balashov S. Prichinnaja svjaz`: teoreticheskie osnovy i sudebnaja praktika // Ugolovnoe pravo. 2009. N 2.
4. Bezborodov D.A. Ugolovno-pravovoe regulirovanie otvetstvennosti za sovmestnoe sovershenie prestuplenija. SPb., 2007.
5. Berkli D. Traktat o nachalah chelovecheskogo znanija. SPb., 1905.
6. Bol`shaja sovetskaja jenciklopedija. M., 1975.
7. Vindel`band V. O svobode voli. M., 2000.
8. Gauhman L.D. Kvalifikacija prestuplenij: zakon, teorija, praktika. M., 2001.
9. Gegel`. Filosofija religii. T. 2. M., 1977.
10. Zhalinskij A.Je. O neobhodimosti novogo podhoda k prichinnosti v ugo-lovnom prave / 10 let Ugolovnomu kodeksu i Ugolovno-processual`nomu ko-deksu Respubliki Kazahstan: dostizhenija i perspektivy: Materialy mezhdu-narodnoj prakticheskoj konferencii. Karaganda, 2007.
11. Zhalinskij A.Je. Ugolovnoe pravo v ozhidanii peremen: teoretiko-instrumental`nyj analiz. M., 2009.
12. Kant I. Prolegomeny. M., 1934.
13. Kirillov V.I., Starchenko A.A. Logika. M., 1996.
14. Kozachenko I.Ja., Kurchenko V.N., Zlochenko Ja.M. Problemy prichinnoj svja-zi v institutah Obshhej i Osobennoj chastej otechestvennogo ugolovnogo pra-va. SPb., 2003.
15. Kosheleva A.Ju. Osobennosti prichinnoj svjazi v sostavah prestuplenij, sovershaemyh putem bezdejstvija. M., 2009.
16. Kudrjavcev V.N. K voprosu o prichinnoj svjazi v ugolovnom prave // Sovet-skoe gosudarstvo i pravo. 1950. N 1.
17. Kudrjavcev V.N. Prichinnost` v kriminologii. M., 1968.
18. Kurushin V.D., Minaev V.A. Komp`juternye prestuplenija i informaci-onnaja bezopasnost`: Spravochnik. M., 1998.
19. Lukrecij. O prirode veshhej. M., 1945.
20. Malinin V.B. Filosofskie, istoricheskie i teoreticheskie osnovy pri-chinnoj svjazi v ugolovnom prave. SPb., 1999.
21. Malinin V.B. Idei M.D. Shargorodskogo v sovremennoj koncepcii pri-chinnosti // Ugolovnoe pravo. 2004. N 3.
22. Malinin V. Teorii prichinnoj svjazi v koncepcii V.N. Kudrjavceva // Ugolovnoe pravo. 2008. N 2.
23. Mokrinskij S.P. Nakazanie, ego celi i predpolozhenija. Tomsk, 1905.
24. Narskij I.S. Neopozitivistskie koncepcii prichinnosti i nauka // So-vremennyj determinizm i nauka. Novosibirsk, 1995. T. 1.
25. Nemirovskij Je.Ja. Sovetskoe ugolovnoe pravo. Odessa, 1926.
26. Parfenov A.F. Obshhee uchenie ob ob#ektivnoj storone prestuplenija: Dis. ... kand. jurid. nauk. SPb., 2004.
27. Poznyshev S.V. Osnovnye nachala nauki ugolovnogo prava. M., 1909.
28. Problemy prichinnosti v sovremennoj fizike. M., 1960.
29. Svechnikov G.A. Kategorija prichinnosti v fizike. M., 1961.
30. Sergeevskij N.D. Russkoe ugolovnoe pravo. Pg., 1904.
31. Skosarev V.V. Nekotorye voprosy kvalifikacii priobretenija ili sby-ta imushhestva, zavedomo dobytogo prestupnym putem // Ad#junktura VNII MVD Rossii-30 let - itogi i perspektivy: Tezisy nauchno-prakticheskoj konferencii. M., 2000.
32. Slobodkin Ju.M. Souchastie po ugolovnomu pravu FRG: Avtoref. dis. ... kand. jurid. nauk. M., 1972.
33. Sovremennyj determinizm. Zakony prirody / Pod red. G.A. Svechnikova, N.D. Abramova i dr. M., 1993.
34. Spinoza B. Izbrannye proizvedenija. T. 1. M., 1957.
35. Tagancev N.S. Kurs ugolovnogo prava. T. 1. Vyp. 2. M., 1878.
36. Tagancev N.S. Russkoe ugolovnoe pravo. T. 1. SPb., 1902.
37. Tarasov N.N. Metodologicheskie problemy juridicheskoj nauki. Ekate-rinburg, 2001.
38. Ter-Akopov A.A. Prestuplenie i problemy nefizicheskoj prichinnosti v ugolovnom prave. M., 2003.
39. Timejko G.V. Prichinnaja svjaz` i problema otvetstvennosti pri bezdej-stvii // Voprosy ugolovnogo prava. M., 1966.
40. Timejko G.V. Problemy obshhego uchenija ob ob#ektivnoj storone prestup-lenija M., 1986.
41. Trajnin A.N. Uchenie o sostave prestuplenija. M., 1946.
42. Ukraincev B.S. Samoupravljaemye sistemy i prichinnost`. M., 1972.
43. Cereteli T.V. Prichinnaja svjaz` v ugolovnom prave. M., 1963.
44. Chinakova L.I. Social`nyj determinizm. Problema dvizhushhih sil raz-vitija obshhestva. M., 1985.
45. Shargorodskij M.D. Prestuplenija protiv zhizni i zdorov`ja. M., 1948.
46. Shargorodskij M.D. Izbrannye trudy. SPB., 2004.
47. Shpengler O. Zakat Evropy. SPb., 1928.
48. Jum D. Issledovanie o chelovecheskom ume. SPb., 1916.


А. Арутюнов, доктор юридических наук, профессор МГПУ
(Вестник МГПУ. Серия "Юридические науки". N 2. 2013. С. 81-90.)
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован